Мат — это вирус: как одно грязное слово убивает целый мир
О том, почему брань — это семантическая импотенция, как мозг рептилии захватывает власть над личностью и почему Витгенштейн был прав.
3 февраля – День борьбы с ненормативной лексикой. Поговорим о механизме влияния матерных слов на личность, и как сквернословие перепрашивает наше сознание.
Мат – это вирус. Но в отличие от биологического вируса он атакует не клетки тела, а клетки смыслов. Мат – это не просто набор плохих слов, это самая распространенная форма энтропии души.
Механизм этой деградации очень прост. В момент сквернословия управление сознанием перехватывает лимбическая система. Префронтальная кора, т. е. зона, которая делает нас людьми, способными к анализу, состраданию и творчеству, отключается, а вместо нее начинает работать мозг рептилии. При постоянном использовании мата эмоциональный диапазон человека сужается до нескольких примитивных реакций.
Архитектурная эрозия
«Язык – это дом бытия», по мысли Мартина Хайдеггера. Слово является тем зеркалом, в которое мы смотрим, чтобы понять, «кто я». Мы не живем в голом физическом мире, мы живем в мире, который мы назвали и описали.
Представьте человека, который входит в великолепный собор. Если в его лексиконе есть слова «величие», «сакральность», «устремленность», «светотень», он проживет этот опыт всем своим существом. Он увидит в камне застывшую молитву. Но если его язык ограничен только бытовыми и матерными конструкциями, собор для него останется просто «большим каменным зданием».
Ненормативная лексика действует как архитектурная эрозия. Когда мы впускаем мат в свою повседневность, мы сознательно сносим несущие стены своего внутреннего замка.
Вместо залов для размышлений и террас для созерцания человек строит бетонный бункер. Личность, запертая в узком коридоре сквернословия, со временем начинает срастаться с этими стенами, становясь такой же грубой и примитивной, как и слова, которыми она себя окружает.
Семантический фастфуд
Философия языка называет ненормативную лексику «семантическим фастфудом». Почему? Потому что найти точное слово для своего состояния – это труд. Как описать горечь несбывшейся мечты так, чтобы собеседник почувствовал ее вкус? Выразить гнев так, чтобы не потерять достоинства? Передать восторг без банальностей?
Все это требует работы мысли, напряжения воли, богатства воображения. Мат же предлагает обманчиво легкий путь. Зачем мучительно искать верное определение, если можно выплеснуть универсальный звуковой сгусток?
Когда в обществе начинает свободно распространяться эрозия матерных слов, то это свидетельство того, что нация стремительно теряет свою культуру и идентичность.
Ведь культура – это и есть способность сдерживать хаос с помощью Слова. Утрачивая чистоту речи, мы открываем ворота для варварства – сначала в словах, а потом в поступках.
Личность проговаривает себя через слово. Каждое наше слово – это не просто средство коммуникации, это семантический код, который программирует нейронные контуры нашего мозга и выстраивает траекторию нашего поведения. Мы не просто пользуемся языком – мы «живем внутри» него. Слова – это фильтры, которые формируют наше понимание и восприятие реальности, наши эмоции и нашу модель поведения. Наше «я» – выражает себя вербально. Личность выражает себя словом. «Я» – это мой язык.
Лингвистическая ампутация
Людвиг Витгенштейн, один из величайших лингвофилософов XX века, утверждал: «Границы моего языка означают границы моего мира». Каждое чувство требует своего имени. Когда мы владеем этими именами, мы становимся хозяевами своего внутреннего ландшафта.
Но посмотрите, что делает мат. Он предлагает «универсальный ключ» – одно яростное, грязное слово, которым заменяется весь спектр человеческих состояний.
Со временем матерящийся человек теряет способность к рефлексии. Если на все – от восторга до ярости – одна и та же лексема, душа становится «плоской». Это лингвистическая ампутация.
Душа, лишенная нюансов, черствеет. Так происходит деградация личности – когда человек перестает различать добро и зло, прекрасное и безобразное просто потому, что в его языке больше нет для них разных имен.
Обратите внимание, как меняется походка, взгляд и даже тембр голоса человека, когда он переходит на грубую брань. Он буквально «надевает» на себя иную, более примитивную идентичность. Ненормативная лексика – это «битый код» идентичности; она предлагает иллюзию силы, но на деле является признаком глубочайшей слабости и семантической импотенции. Нужно не забывать, что мы живем в реальности, которая соткана из наших слов. Изменение словесного кода меняет вектор движения нашей судьбы.
Инъекция адреналина
С точки зрения физиологии, грубое слово – это инъекция адреналина. Наш мозг не делает различий между занесенным над головой кулаком и выкрикнутым оскорблением. Оба этих стимула обрабатываются миндалевидным телом (амигдалой) – центром страха и агрессии. Когда мы произносим или слышим грубую брань, наша лимбическая система посылает сигнал опасности. Выбрасывается кортизол, сердцебиение учащается, дыхание становится поверхностным.
Психика входит в состояние «бей или беги». Если мат становится привычкой, то человек оказывается запертым в режиме перманентной мобилизации. Мы не можем обрести покой просто потому, что сами постоянно бомбардируем свой мозг сигналами атаки.
Грубая лексика – это топливо для костра тревоги, который мы сами же и поддерживаем в своем внутреннем доме.
Человек, привыкший к мату, подсознательно ждет нападения. Его мир перестает быть безопасным местом.
И наоборот, когда мы убираем из своей речи мат, то этим освобождаем пространство для тишины. И в этой тишине можно услышать настоящие потребности своей души. Выбор в пользу культурной, глубокой речи – это всегда выбор в пользу внутреннего перемирия. Человек заключает пакт о ненападении с собственной психикой. Мы как бы говорим себе: «Я в безопасности. Мой мир упорядочен. Я владею собой».
Расчесывание раны
В философии существует понятие «логоса» как разумного, упорядочивающего начала. Чистая речь созидает космос (порядок) внутри человека. Грубая речь, напротив, является проводником энтропии. Мат по своей сути – это «не-слово». Оно не несет в себе уникального смысла, оно лишь выражает недифференцированную ярость или тупое безразличие.
Когда люди заменяют живые, глубокие слова бранью, то этим они упрощают свою реальность до уровня примитивного хаоса. Человек матерится, чтобы «разрядиться», но на самом деле он получает обратный эффект. Бранное слово – это как чесать рану: на мгновение становится легче от острой боли, но рана становится только глубже и никогда не заживает. Внутренний конфликт не разрешается через мат, он в нем кристаллизуется.
Философ Мераб Мамардашвили часто говорил о «философии усилия». Человек – это не статичное состояние, это процесс, требующий постоянного усилия. Если мы не совершаем усилия быть культурными, мы автоматически деградируем в хаос.
Речевая осознанность – это момент, когда человек перестает быть «говорящим автоматом» и становится Творцом.
Когда слова вылетают раньше, чем вы их осознали, – это путь к энтропии. Когда каждое слово проходит через фильтр вашего сердца и разума – это путь Логоса. Когда мы выбираем слово, мы выбираем состояние. Выбирая чистоту, мы выбираем ясность сознания.
Это и есть начало возрождения – возвращение власти над собственным внутренним пространством. Поэтому каждый раз, когда человек останавливает привычное ругательство и заменяет его точным, благородным словом, в его мозге происходит маленькое чудо. Он буквально перепрошивает свои нейронные сети.
Три сита
Со своей стороны я могу предложить несколько полезных упражнений который могут изменить нашу культуру речи:
- ПЕРВОЕ: Перед тем как начать говорить – особенно в состоянии стресса – сделайте микропаузу. Почувствуйте, как слово рождается внутри. Если оно несет в себе яд или грязь – дайте ему раствориться в тишине. Тишина – это лучший фильтр для души. Эмоция длится всего лишь несколько минут. Это биохимическая реакция организма. Если вы позволите ей пройти свой путь, не подпитывая ее больше своим вниманием, она уйдет и больше вас тревожить не будет.
- ВТОРОЕ: Мат – это всегда признак лексической нищеты. Нам нужно учиться находить как можно больше слов для того, чтобы суметь описать то, что с нами происходит. Попробуйте найти пять новых способов описать свою радость, разочарование, надежду и т. п. Чем больше у нас слов с помощью которых мы сможем описывать наш внутренний мир, тем большей будет степеней нашей свободы. Наша личность растет вместе с нашим словарным запасом.
- ТРЕТЬЕ: Прежде чем произнести что-либо, пропустите слово через три сита:
- Сито Истины: уверен ли я, что это правда?
- Сито Доброты: несет ли это слово благо или разрушение?
- Сито Потребности: нужно ли это произносить сейчас или лучше будет все таки промолчать?
Одни святой сказал такие слова: «Я не раз жалел о том, что начал говорить, и ни разу не жалел, когда предпочел промолчать». Их стоит всем нам запомнить.
В конечном итоге давайте не будем забывать, что наша речь – это самая длинная и искренняя молитва.
В ней мы молимся миру и своими словами показываем, чего мы на самом деле достойны и чего стоим. Если «молитва» человека полна мата и грубости, стоит ли удивляться, что мир вокруг нас тоже становится серым и враждебным.
Возрождение души матерщинника начинается с первого чистого предложения. С первого отказа от привычного вируса сквернословия. С первого слова, сказанного из глубины любящего и ясного сердца. Это единственный путь, ведущий к истинному достоинству. Наша душа – это сад посаженных нами слов. Давайте не будем позволять сорнякам бранных слов заглушить благородные цветы человеческого достоинства.
