Преследование УПЦ и ликвидация УГКЦ в 1946: есть ли сходство?
После разгрома нацистов и освобождения Западной Украины руководство УГКЦ инициировало переговоры с советскими органами ради дальнейшей судьбы своей структуры.
8-10 март 1946 года состоялся Львовский церковный собор, на котором было объявлено о ликвидации УГКЦ и присоединении ее священников и верующих к РПЦ. Сейчас власти и униаты проводят конференции, посвященные этому событию. Главный их тезис – УГКЦ была ликвидирована, потому что отказалась становиться слугой сталинского преступного режима.
Об этом, в частности, заявил замглавы ГЭСС Войналович: «Перед Церковью фактически стоял выбор без компромиссов: либо стать инструментом советского режима, либо остаться непокоренной с осознанием всех последствий».
Историки утверждают, что после разгрома нацистов и освобождения Западной Украины руководство УГКЦ инициировало переговоры с советскими органами ради дальнейшей судьбы своей структуры. Одна встреча прошла в Москве, другая – во Львове. Единственным требованием власти к униатам было посредничество при переговорах с ОУН-УПА. Им нужно было обратиться к этим формированиям с призывом сложить оружие.
Но в УГКЦ отказались это делать. Капеллан «Нахтигаля» Иван Гриньох позже напишет: «Перед делегацией поставили требования включиться в борьбу против украинских повстанцев. Не помогли объяснения, что Церковь не может непосредственно и активно включаться в насквозь политизированную внутреннюю борьбу».
Конечно, никто не может гарантировать, что в случае согласия власти СССР оставили бы УГКЦ в покое, но ей предоставили выбор. Выбор, которого не было у православных в 1596 году, когда уния насаждалась на этих землях обманом и силой.
Параллели, которые сегодня проводят власти с событиями 80-летней давности, заслуживают отдельного внимания. Официальный нарратив сводится к «преемственности» нынешней России, которая преследует греко-католиков на оккупированных территориях Украины. Но почему-то их слова вызывают совсем другие ассоциации.
Например, Войналович заявляет следующее: «Тогда также говорили (во власти – Ред.) об "агентах Ватикана", "угрозе государству". Сегодня – те же обвинения. Фактически – друг к другу. Как калька».
Ничего не напоминает? Просто вместо «Ватикана» поставьте «Москву», и вся эта фраза четко выглядит как нынешние обвинения властей в адрес УПЦ. Также в ГЭСС заявили, что после запрета УГКЦ «наработала уникальный опыт»: «В подполье, в катакомбах, через передачу традиции, формацию, хиротонии и преемственность служения, несмотря на давление».
Сегодня в Западной Украине общины точно также «наработали уникальный опыт» подполья, прячась от государства и «активистов», а в других частях Украины сотни приходов после захватов их храмов служат в подвалах, хатах, сараях и т.д.
Потому нынешней нашей власти прежде, чем кивать на действия оккупантов, хорошо бы сходить к офтальмологу на предмет извлечения бревен и сучков. По факту их нынешняя политика в отношении УПЦ мало чем отличается от советских предшественников 80-летней давности.
