Болезнь нашего века в сказке Андерсена
Версия сказки, которую мы помним с детства, – обрезанная. В оригинале Герда побеждает зло молитвой «Отче наш», и от ее дыхания на морозе появляются ангелы.
Когда открываешь старую сказку «Снежная королева» спустя много лет, текст начинает звучать иначе. В детстве мы видели историю со счастливым финалом про девочку, которая идет на север за своим названым братом. Перечитываешь это сейчас и ловишь себя на мысли: перед нами очень внимательный взгляд на то, что происходит с людьми сегодня.
Оптика искажения
Сказка начинается с жестокого эксперимента. Тролль мастерит зеркало с пугающим свойством. Все красивое и доброе отражается в нем крошечным. А все дурное вылезает на первый план. Лицо обычного человека искажается до неузнаваемости, роза кажется кривой, а голубое небо отдает землистым.
Ученики тролля носятся с этой игрушкой по свету. Они поднимают ее все выше, зеркало дрожит, вырывается из их рук и разлетается на миллионы крошечных осколков. Стеклянная пыль оседает в глазах и сердцах людей. Человек с осколком в глазу продолжает жить привычной жизнью. Просто он теперь видит вокруг только подвох и грязь. У того же, кому стекло попало в сердце, внутри поселяется холод.
Андерсен писал эту книгу в 1844 году. До появления социальных сетей оставалось почти два века. У людей еще не было привычки подозревать скрытую корысть за чужой улыбкой. Но свойственное современному человеку искажение души автор описал поразительно точно. Зеркало тролля мы теперь носим с собой каждый день.
Идеальные шестиугольники
Что происходит с Каем после попадания в него осколка? Его ум никуда не исчезает. Мальчик становится даже очень остроумным.
Он начинает передразнивать соседку, копируя ее походку. Отпускает едкие шутки в адрес бабушки. Розы в ящике на крыше, за которыми они так ухаживали, вдруг кажутся ему кривобокими. Зато снежинки под лупой приводят в восторг: идеальная симметрия, безупречные шестиугольники.
Кай очень похож на человека, который впервые почувствовал превосходство над другими.
До этого момента он был простым ребенком, умевшим любить. Теперь он овладел новым навыком: замечать чужие недостатки и высмеивать их. Это согревает его самолюбие.
Философ Серен Кьеркегор жил в одно время с Андерсеном. В дневниках он упоминал: холодный рассудок, который все анализирует, раскладывает все по полочкам и при этом абсолютно никого не любит. Это точный портрет Кая. И портрет многих умных людей нашего времени. Они могут виртуозно объяснить бессмысленность всего вокруг. Они от этого и страдают, хотя свое страдание принимают за признак высокого интеллекта.
Ледяная анестезия
За Каем приезжает Снежная королева. Она увозит его добровольно, целуя на прощание с прошлой жизнью. Первый поцелуй снимает холод. Кай сидит в ледяных санях в легкой куртке и больше не замерзает. Второй поцелуй стирает память. Третий мог бы стать смертельным, и Королева останавливается.
Здесь спрятано очень точное наблюдение о природе цинизма. Цинизм редко бывает сознательной броней. Скорее это тот самый поцелуй, снимающий чувствительность к холоду. Ироничное снисхождение в ответ на чужую боль часто служит банальной анестезией. Так израненный человек защищается от новых ударов. Ничего не чувствовать всегда безопаснее.
Но вместе с анестезией уходит тепло. Циник действительно больше не страдает, ведь жизнь внутри него просто выключена.
Вычеркнутое чудо
Подходим к сцене, которая в советских книжках часто подвергалась сильной редактуре. В оригинальном переводе супругов Ганзенов Герда приближается к ледяному замку босиком. Она идет по снегу, и навстречу ей надвигается авангард войска Королевы: чудовищные снежные ежи, многоголовые змеи, гигантские медведи. Девочка падает на колени в сугроб и читает «Отче наш».
От ее горячего дыхания на морозе поднимается густой пар. Андерсен пишет, что из этого пара начинают формироваться фигуры. Сначала маленькие, потом они растут, появляются шлемы и копья. Герда продолжает молиться, и вокруг нее вырастает легион ангелов. Они поднимают снежных монстров на копья, расчищая дорогу.
Герда прорывается к замку с помощью дыхания, которое на морозе становится паром, обретая силу через молитву.
В адаптированных изданиях эту сцену часто сокращали до одного предложения: Герда смело шла вперед и добралась до чертогов. Откуда взялась смелость, как она прошла через монстров – опускалось.
Дар слез
В замке Кай сидит на ледяном полу. Он пытается сложить из кусков льда слово «Вечность». За это ему обещан весь мир и новые коньки. Лед скользит и не поддается. Это очень узнаваемая картина: попытка собрать бессмертие самостоятельно, опираясь исключительно на собственный интеллект. В христианчтве же вечность приходит как дар.
В конце концов, Герда находит Кая, обнимает его и плачет. Ее слезы падают ему на грудь, проникают внутрь и растапливают сердце. Они смывают мучительный осколок. Кай впервые за долгое время плачет сам. И с его слезами из глаза выходит второй кусочек кривого зеркала.
Наконец, Кай и Герда стоят посреди пустого замка и поют псалом: «Розы цветут – красота, лепота! Скоро узрим мы Младенца Христа».
В этот момент неподатливые куски льда на полу сами собой складываются в слово «Вечность». Мальчик свободен. Его спасла одна лишь способность заплакать. Дар слез в аскетике считается признаком ожившего сердца – знаком того, что ледяная корка дала трещину.
В финале дети возвращаются домой и видят бабушку. Она греется на солнышке и читает книгу. У Андерсена прямо написано ее название: Евангелие. В пересказах это слово тоже часто заменяли.
Боль оттаивания
Андерсен очень внимательно разглядел нынешнюю болезнь восприятия мира. То состояние, при котором человек ходит на работу, метко шутит, покупает вещи, но остается внутренне замерзшим.
Рецепт лечения души оставлен автором тут же. Колдовские чары разрушаются молитвой, слезами и живыми руками человека, которые потянулись обнять страдальца.
Осколок зеркала рано или поздно начинает выходить из нашей души. Когда лед в груди оттаивает, бывает очень больно. Но эта боль – знак того, что сердце снова может чувствовать.
